Советуем почитать..

Интересные статьи

Классическое образование: фундаментальность и динамизм (Интервью с В.В. Мироновым)

Поиск путей развития общества и культуры, возможностей выживания и способности выдерживать конкурентную борьбу в современном мире неизбежно приводит к пониманию стратегического значения образования, проблем и тенденций его развития. С вопросами о видении проблем и перспектив сферы образования и вариантов их решения на практике заместитель главного редактора нашего журнала Семёнова Н.Н. обратилась к профессору, проректору МГУ- начальнику Управления академической политикой и организацией учебного процесса, декану философского факультета, заведующему кафедрой онтологии и теории познания Владимиру Васильевичу Миронову. Выбор не случаен - Московский университет не нуждается в рекламе. Его руководство тщательно продумывает образовательную и социальную политику как внутри МГУ, так и в рамках российской системы высшего образования в целом. Кроме того, первый университет России готовится к празднованию своего 250-летнего юбилея. Это даёт особый повод подытожить пройденное, наметить будущее.

Н.Н. Семёнова: Становление экономики знания и, соответственно, общества знания volens nolens требует новых организационных форм интеграции науки и образования. Владимир Васильевич, как Вы оцениваете процесс интеграции науки и образования и его возможности, в том числе в МГУ?

В.В. Миронов: Как ни странно, я хочу начать ответ на данный вопрос с истории: о ней мы часто забываем, или недостаточно анализируем ее уроки. Вспомните, с чего начиналось развитие университетского образования в России? Петр Первый в результате бесед с выдающимся немецким математиком и философом Лейбницем приходит к выводу, что необходимо создавать университеты в России, и прежде всего в Москве. При этом философ, в рамках собственных просветительских представлений, изначально рассматривает университет как учреждение, где процесс получения образования соединён с научными исследованиями. Позже, со времен Вильгельма фон Гумбольдта, этот принцип стал основой трансформации классических европейских университетов. Таким образом, в 1755 году Московский университет возникает именно как реализация идеи синтеза науки и образования, что позволяет ему на многие годы определять тенденции развития фундаментальной науки России. Сегодня, увлекшись реформами и модернизаторством образования, мы часто забываем об этих фактах нашей истории. Университет, по определению, есть совокупность ученых, которые ведут преподавательскую деятельность. Это не просто преподаватели, пересказывающие некий принятый в качестве стандарта образования материал, а именно ученые, выносящие на лекции новейшие научные достижения. В университете нет «чистых» преподавателей, как, например, в школе, перед которой стоят несколько иные задачи. В университете преподаватели одновременно работают в лабораториях, совершают научные открытия, участвуют в научных конференциях. В то же время наши научные сотрудники, непосредственно занимающиеся наукой, так сказать, по штатному расписанию, полностью вовлечены в учебный процесс университета. Так было всегда, так остается и сегодня.

Когда сегодня говорят о реформе науки и образования, часто путают институтское образование как развивающее прежде всего систему прикладных исследований с университетским образованием, в основе которого лежат фундаментальные исследования. Для нас важнее иная задача - использовать фундаментальные научные достижения для реализации в том числе и прикладных, понимая при этом, что прикладное значение того или иного фундаментального открытия может быть осознано, как неоднократно случалось в человеческой культуре, гораздо позднее времени, когда было совершено само открытие. Кроме того, это задача не только и не столько самого университета, сколько особой инфраструктуры, которая должна решаться как государством, так и непосредственно рынком. Очень редко ученый, занимающийся фундаментальными исследованиями и читающий университетские лекции, одновременно сможет выступить в качестве менеджера своих открытий. Он просто не имеет для этого времени, и это совсем иная задача, так как часть научных исследований всегда имеет «чистый», удаленный от непосредственной практики характер.

Поэтому и развитие образования в его связи с наукой можно осуществлять по-разному. Можно об этом много говорить и выпускать «призывающие » инструкции, а можно, как это делает в последние годы Московский университет, открывать новые факультеты, основанные на самых передовых рубежах фундаментальной науки и одновременно учитывающие запросы развития государства и экономики. Только за последние 10-12 лет в МГУ по инициативе ректора МГУ и при поддержке Ученого совета открыто 12 факультетов, охватывающих отрасли науки от физики или биологии до экономики, государственного управления и искусства. Большинство традиционных факультетов МГУ в значительной степени основаны на фундаментальной науке. На фундаментальной науке основаны и вновь создаваемые, но они уже сориентированы и на запросы общества, то есть здесь изначально учитывается прикладное значение данной науки. Приведу лишь несколько примеров. Не так давно в университете был возрожден факультет фундаментальной медицины, который в силу самого предмета трудно упрекнуть в том, что на нем не решают проблем прикладного характера. Открыт факультет биоинженерии и факультет наук о материалах, которые базируются на наиболее фундаментальных науках - физике, химии, биологии, но даже их названия показывают, что вектор этого образования имеет прикладное значение. Иначе говоря, фундаментальная наука не противоречит прикладной, а напротив, делает прикладное знание более значимым, если хотите, «более прикладным». Хотя понятно, что продвижение серьезных научных достижений на рынок более опосредовано. Соответственно, это касается и образования, которое получают студенты на данных факультетах. И хотя сегодня развитие прикладного знания нередко превращается в первоочередную задачу, мы понимаем, что его истоки и основа - фундаментальное знание.

На этом понимании строится и система образовательного процесса. Что такое российская и, не побоюсь сказать, советская система высшего образования? Это система, в которой студент, в отличие, например, от предлагаемой ныне болонской модели, начинает очень рано специализироваться. Специализация означает, что студент приходит на кафедру, представляющую собой ячейку научного коллектива. И на этой кафедре совместно работают студент, профессор, академик, если он есть, аспирант. Это, по сути, научный коллектив, часто перерастающий в научную школу, которая является одним из главных импульсов развития науки. У нас лет десять назад возник новый факультет - наук о материалах, который возглавляет академик Ю.Д. Третьяков. Этот факультет базируется на освоении студентами ряда фундаментальных дисциплин, включая химию, физику, в объемах соответствующих факультетов. Он небольшой. Туда принимают приблизительно 25 человек, и интересно, что в основном эти ребята - не москвичи. Почему я подчеркиваю последний момент? Чтобы снять много домыслов, существующих по поводу невозможности поступить в МГУ. Ребята приезжают на этот факультет, не имея возможности готовиться с репетиторами, у них совершенно иные мотивы поступления в университет, и главный из них - фундаментальное образование, основанное на науке. К старшим курсам многие из них имеют научные публикации. И даже не окончившим еще пятого курса студентам предлагает работу, например, Институт Макса Планка в Германии. Кстати, это еще одно косвенное признание качества нашего образования - когда за границей кому-то нужен молодой специалист, то никаких проблем с признанием диплома нашего университета (даже еще не полученного) не существует…